КАССАНДРА «КЭСС» МОРАГ ДЭВИСОН | CASSANDRA «CASS» MORAG DAVISON


Vanessa Moody

✶ Возраст: 1950, 11 августа; 30 лет;	✶ Чистота крови: полукровка;
✶ Лояльность: Аврорат;	✶ Род деятельности: старший аврор, глава оперативно-следственной группы;

Характер и Биография
Место и годы учебы - Хогвартс, Гриффиндор, '61-'68

Ближайшие семейные связи:
George Davison (Yorgos Davidopoulos) / Джордж Дэвисон (Йоргос Давидопулос) — дед по отцовской линии; драконолог; погиб в 1936г.
Morag Davison (nee […]) / Мораг Дэвисон — бабушка по отцовской линии; драконолог;
Alexander Davison / Александр Дэвисон — отец; траволог, специалист по опасным и умеренно опасным растениям, автор книг по травологии;
Rhiannon Davison (nee […]) / Рианнон Дэвисон — мать; колдомедик;
Charles Davison / Чарльз Дэвисон — старший брат; 46 лет (1 мая 1934г); глава комиссии по обезвреживанию опасных существ, ММ;
Darin Davison / Дэрин Дэвисон — племянница; 20 лет (10 октября 1959г); стажёр в подразделении тварей, ММ;
Clementine Davison / Клементина Дэвисон — старшая сестра; магозоолог;

***
Кэсс любит говорить, что пробирающие до костей шотландские ветра сдувают с людей всё напускное, обнажая их истинное нутро. У Кассандры с детства взгляд тёмных карих глаз цепкий, внимательный, с хитрым прищуром — пробирает до костей ничуть не хуже ветров острова Скай; многие этого прямого изучающего взгляда не выдерживают, в глаза не смотрят.

Эмпатия, как родовое проклятье (обладающий, даром её никак не назовёт), передаётся детям семьи Дэвисон от прадедов, так как в их жилах течёт кровь с примесью крови нимф. И, если старшему, Чарльзу, поначалу пришлось совсем тяжко, так как в нём «дар» проявился слишком рано и слишком ярко, то сёстрам его повезло чуть больше и потому что на первенце были отработаны все необходимые меры по обузданию и контролю излишней чувствительности, и потому что у девочек он проявлялся чуть мягче и поначалу, в большей степени, замыкался друг на друге. Несмотря на разницу в возрасте, это было подобно той сильной эмоциональной связи, что пронизывает жизни близнецов.
'50-'61
Давидопулос — настоящая фамилия деда, покинувшего родной Корфу из-за любви к драконам и оставшегося на неприветливом острове, где не любят чужаков, из-за любви к женщине, которая стала его семьёй. В детстве Кэсс очень жалела, что он решил адаптировать эту прекрасную греческую фамилию для шотландского уха и языка. Впрочем, стоит признать, что на этих берегах семейство с гордой фамилией Давидопулос не выделялось бы примерно так же, как розово-голубой диринар среди скальных тупиков. Кассандра всегда любила те удивительные и забавные истории, полные приключений, которые рассказывали о нём старшие члены семьи, но, спустя годы, с удивлением обнаружила, что байки и легенды об этом греке живут своей жизнью и вне стен их фамильного дома. Увы, внуки Йоргоса не застали, если не считать Чарльза, которому было два, когда произошла трагедия. Именно тогда бабушка, которая тоже была драконологом, оставила профессию и всецело посвятила остаток своей жизни семье и воспитанию подрастающего поколения. Взяв на себя роль главы семьи после смерти мужа, она позволила детям полноценно встать на ноги и реализоваться в профессии, при этом окружив всеобъемлющей, укрывающей тёплым пледом заботой и их, и троих внуков. Порой, когда наступают тёмные времена, Кэсс закрывает глаза и слышит её голос, тихо напевающий старую гаэльскую колыбельную под шелест огня в камине:

Hush the winds roar hoarse and deep / On they come, on they come
Brother seeks the wandering sheep / But baby sleeps at home
Чарльзу было шестнадцать, когда родилась младшая, — у него уже была своя школьная жизнь и свои заботы. Средняя, Клементина, росла тихим и спокойным ребёнком, настоящим подарком для родителей, чья карьера как раз была на пике, а также для бабушки, возраст которой уже давал о себе знать. От младшей, как от второй девочки, по аналогии ожидали такой же покладистости, и из-за того, что она была весьма молчаливым младенцем поначалу казалось, что так и есть. Но, стоило Кэсс подрасти настолько, чтобы начать перемещаться самостоятельно, члены семьи Дэвисон поняли, как сильно они заблуждались: младшая, сохранив свою молчаливость, оказалась настолько непоседливой и любознательной, что за ней нужно было следить неусыпно. Сложно было представить, что в одной семье и с не столь большой разницей в возрасте могли родиться настолько противоположные по характеру девочки и куда невероятней было то, что всё детство они были практически одним целым, дополняя друг друга и, благодаря рано начавшей проявляться эмпатии, обнаружившими очень крепкую эмоциональную связь. Клементина, осторожничала, взвешивала каждый шаг, уравновешивала порывистый и склонный к авантюрам нрав Кассандры, которая умудрялась приключения находить с лихвой сразу на обе их головы; Кэсс, в свою очередь, учила её смелости и решительности, которой той не всегда доставало. Однажды, например, наслушавшись историй о Нунду от дядюшки-магозоолога, младшая подбила старшую сбежать в Африку на поиски этого неуловимого и невероятно опасного зверя. Домашние чуть не сошли с ума, пока не нашли девочек в нескольких милях от дома по дороге в Портри.

— Ух, характер! — с восхищением в голосе протянул Олливандер, внимательно вглядываясь в карие глаза младшей Дэвисон. Взгляд его отчего-то показался Кассандре смутно знакомым. — Грифон, пожалуй... да, однозначно грифон... шерсть! Да-а-а... и кедр.
Дэвисон поначалу восхищения не поняла, решила, что эти «грифон и кедр» — не к добру, поёжилась. Она была не из робких, но манера общения Гаррика и атмосфера в лавке, заполненной сотнями и сотнями расписных коробочек от пола до потолка, любого заставляла в детстве понервничать. Но, когда она почувствовала положительные эмоции мастера, едва заметно выдохнула.
— Не завидую тому, кто осмелится причинить боль тем, кто вам дорог, юная леди, — шепнёт Гаррик позже, когда его предположение относительно палочки попадёт в точку с первого раза,
'61-'68
В Хогвартсе Кэсс пополнила ряды ало-золотых и, как казалось со стороны, без особых проблем привыкла к новому образу жизни, но внутри её съедала глубокая тоска по дому. Обыкновенно общительный и любознательный ребёнок, наученный вполне сносно справляться со своими особенностями на людях, — она всё же оказалась не готова к такому. И несмотря на то, что старшая сестра уже несколько лет покидала отчий дом для учёбы в школе и к длительной разлуке они успели адаптироваться, именно здесь способность, привыкшая находить прибежище в эмоциях Клементины, начала выходить из-под контроля.
Наученная примером сильной бабушки никогда не показывать свои слабости, Кассандра отчаянно пыталась вспомнить всё, чему её учили, и найти баланс между внешней нормальностью и тем безумием, что творилось с ней из-за неконтролируемых всплесков эмоций, считываемых с окружающих её детей. Ощущая, что самостоятельно справиться не получится, Кэсс впервые обратилась не к сестре, у которой и без того проблем на старших курсах хватало, а к старшему брату. Его поддержка дала ей необходимое ощущение опоры и со временем позволила найти своё безопасное состояние.

Кэсс учится нормально общаться с однокурсниками, особняком не держится, но очень близко никого не подпускает. Временами бывает резка, так до конца и не научится полностью контролировать всплески раздражительности. Почаще старается улучить хоть несколько минут, чтобы «заземлиться» — найти тихое место, побыть в одиночестве, выдохнуть. Находит свои островки безопасности в библиотеке, в укромных уголках замка и его окрестностей. Честная и по-юношески прямолинейная, она особенно остро чувствует и не выносит лицемерие и ложь, упорно отстаивает то, что считает справедливым, часто берёт на себя роль защитника, — этим заслуживает уважение сверстников, этим же наживает себе и врагов.

В отличие от Чарльза, младшая сосредотачивается на учёбе и, несмотря на хромающее временами поведение, нередко доводящее декана до угроз отчисления и гневных писем родителям, восполняет это успехами по большинству предметов. У Дэвисон есть недостаток — если что-то ей не по душе, она не старается, и заставить её этим заниматься практически невозможно, если только у неё нет чёткого понимания, что это действительно нужно. Но, если ей интересно, она с упрямством гиппогрифа идёт туда, где трудно и, справляясь, делает это своей силой. Так, к примеру, было с ЗоТИ: она с нетерпением ждала начала этого курса, перечитала много профильных книг, но из-за своей особенности испытывала серьёзные проблемы с внутренним балансом и концентрацией, проваливая практические задания одно за другим. То же было с чарами, но тут всё оказалось намного хуже. После истории с боггартом, когда она нечаянно аккумулировала страхи всех, находившихся в тот момент в кабинете, тем самым придав существу силу, с которой профессорскому составу пришлось справляться коллегиально, всерьёз обсуждалась возможность её отстранения от некоторых практических занятий, теоретически рискующих повторить произошедшее. Но Кэсс проявила свой характер и сумела убедить декана, что нужно не отстранение, а контролируемая практика. И, если на СОВ она получила удовлетворительную оценку, то результатом по ЖАБА уже было твёрдое «превосходно».
Всерьёз увлекается травологией, много свободного времени проводит в оранжерее. На старших курсах получает разрешение от декана на свободный выход за пределы территории замка для изучения местной флоры, сбора необходимых трав и прочих фенологических наблюдений, и с удовольствием использует эту возможность, чтобы побыть в одиночестве. Отец был горд, что хоть кто-то из детей пойдет по его стопам, но в итоге младшая выберет иной путь.

Существенным подспорьем для контроля всплесков проявления способности всегда был спорт и любая физическая активность, поэтому Кэсс с детства была в отличной физической форме. Когда на третьем году обучения освободилась позиция загонщика в гриффиндорской команде, позвали её, уже зная на что она способна в небе. И, нужно сказать, что в искусстве владения битой равных ей в те годы не было.

Тонкие пальцы ищут прибежища в кипенно-белой шершавости пергамента, в тёплой грубости нагретой полуденным солнцем древесной коры, в прохладной гладкости старого камня... Кассандра — кинестетик, мир с детства познаёт тактильно, это же приносит ей успокоение в минуты неуверенности и стресса. На старших курсах она отыщет в каких-то старых фолиантах идею о том, что можно использовать эту черту, как ещё один способ ужиться со своей эмпатией — научиться управлять ей с помощью тактильного контакта, тем самым уменьшив непредсказуемые всплески. На практике это окажется куда сложней, чем казалось изначально, но с годами упорная внутренняя работа начнёт давать некоторые результаты.
'68-'80
Он старше на несколько лет и опытней, как ей кажется, на несколько жизней. Она помнит его со школы, когда они, первогодки, робкими кучками ютившиеся на трибунах, восхищались его игрой за факультетскую команду по квиддичу. Теперь же он — аврор, уже успевший в бою заслужить уважение коллег и прослыть самым суровым наставником у не оперившихся стажёров. Ей, конечно же, везёт попасть на стажировку именно к нему — единственному человеку, которому она (впервые в своей жизни) боится смотреть в глаза, ведь одного взгляда достаточно, чтобы предпочесть оказаться лицом к лицу с василиском или тем же нунду. Старшие сочувственно похлопывают её по плечу, младшие — провожают в коридорах штаб-квартиры с лицами, выражение которых можно застать только на похоронах. Усугубляет ситуацию и то, что она боится его настолько, что по отношению к нему её эмпатия даёт масштабный сбой — Кэсс не чувствует его эмоций.

Его методы жёсткие, на грани с жестокостью: «В бою тебя никто щадить не будет», — повторяет он и по три шкуры спускает с подопечной на каждой тренировке.
Таким, как ты, здесь не место. Слабачка. Сдавайся и уходи.
Он испытывает её каждую минуту, проверяет на прочность, ожидая момента, когда та не выдержит: руки опустит или разразится неконтролируемым взрывом, но неминуемо уйдёт. Издевается. Лучше пусть уйдёт сейчас, чем сломается под грузом потерь.
Но она не сдаётся, стойко выносит все испытания — лишь молча поджимает губы. Иногда ему самому становится за себя стыдно, но тут же он чувствует за спиной дыхание смерти: всех тех, кого он успел потерять за эти шесть лет.
Зачем ты здесь? Вставай! Ещё раз!
Встаёт. Рукавом вытирает разбитую губу и впервые смотрит на него прямо:
— Хорошо, но только в этот раз без поблажек.
Теперь его очередь отводить взгляд.

Они попадут в западню в заброшенном доме на окраине Ипсвича. Одно из заклинаний рикошетом ударит по ветхим перекрытиям и похоронит их под завалами, надёжно придавив балками и битым кирпичом. Кэсс достанут под утро, переломанную, но живую. Он этой ночи не переживёт.
Наблюдая, как тяжело она перенесла его похороны, коллеги с праздным любопытством судачили о том, что между ними в последнее время что-то было — слишком слаженным был их тандем, слишком тонко они чувствовали друг друга, сражаясь плечом к плечу.

Кэсс всё ещё не хватает воздуха на вдохе: что-то сдавливает грудь, не давая сделать глоток до конца. Лёжа бессонными ночами в своей постели, она чувствует запах прогнивших досок и скрип песка на зубах, в бессознательном порыве сжимая тонкими пальцами край одеяла, как сжимала когда-то его безжизненную руку.
Случилось то, чего я боялся

Кассандра Мораг Дэвисон, старший аврор и глава оперативной группы в свои тридцать лет. Одно её имя вызывает священный трепет и ужас у неоперившихся стажёров, но, на их счастье, она пока умудряется избегать бремени наставничества. Отличается суровым нравом, замкнута, страдает посттравматическим синдромом, что старается тщательно скрывать. Для коллег-авроров — надёжный, проверенный в бою соратник, которому смело можно доверить свою жизнь. Для врагов — опасный и непредсказуемый противник. Всячески избегает любых намёков на то, что она живой человек; живёт работой и — чаще всего — на работе; рискует своей жизнью так, словно уже давно приготовилась к смерти, при этом защищает жизнь других, как высшую ценность. Новых привязанностей тоже категорически избегает.

Для неё нет ничего дороже семьи, но в последнее время она старается оградить близких, обладающих тем же «даром», что и она, от того, что с ней творится. С Чарльзом, по-мужски сдержанным и располагающим чуть большим чувством такта, чем Клементина, ей сейчас проще. Сестра слишком сильно переживает за неё, поэтому в попытке позаботиться частенько перегибает палку. Кэсс стыдно за то, что она бывает с ней слишком резка, и ей бы хотелось, чтобы Клементина знала, как она ей благодарна и за эту заботу, и за то, что та, со свойственной ей мягкостью, терпит все эти вспышки гнева и раздражительности. И несмотря на попытки избегать частых с ними встреч, она нуждается в них, как в воздухе, ведь только рядом с ними Кэсс начинает потихоньку оттаивать.
Есть ещё один член семьи, за которого она боится, пожалуй, больше всего и которого оберегает больше, чем кого бы то ни было — её племянница. Она была плохой тёткой все эти годы из-за свалившегося на неё бремени проблем, и только Чарльз знает, как она себя за это винит.

— Зачем ты здесь?
— Защищать.
— Тогда вставай... Ещё раз.

Способности и Артефакты
✶ Волшебная палочка: кедр и шерсть грифона, 12.7", жёсткая;
✶ Способности:
— Эмпат. Как и многие члены семьи чувствует общий эмоциональный фон окружающих её существ, при этом при тактильном контакте считывая эмоции ярче и чётче; много лет ставит опыты со своей способностью, пытаясь научиться контролировать всплески путём тренировки тактильной эмпатии.
— Способность вызывать достаточно сильного телесного патронуса на длительное время и передавать с его помощью голосовую информацию; телесная форма — грифон;
— Прирождённый травник и хороший зельевар, создаёт лечебные зелья, травяные настойки и сборы; прошла углублённую колдомедицинскую подготовку, может профессионально оказать экстренную медицинскую помощь;
— Одинаково хорошо владеет защитной и боевой магией, окклюменцией; свободно использует невербальные заклятия; в бою, в случаях особой необходимости, когда под руку попадает предмет, походящий по параметрам на биту, с удовольствием применяет навыки загонщика в дополнение к магии; отличается скоростью реакции и умением быстро принимать решения;
— С детства говорит на английском (хотя родным считает гаэльский шотландский и до сих пор большинству дифтонгов предпочитает долгие гласные) и греческом языках;
✶ Артефакт: строгие наручные часы на кожаном ремешке: при выставлении вращающегося вокруг циферблата безеля в определённое положение и нажатии на заводную головку, работает как множественный портключ в родительское поместье, а также дома Чарльза и Клементины;

Связь с вами:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

ПРИМЕР ИГРОВОГО ПОСТА

За выбранного персонажа